Дефект присутствия
15.01.2015 / Как это было
Версия для печати

Теракт в «Домодедово», произошедший два года назад, запомнился не только многочисленными жертвами и дискуссиями об уровне безопасности в российских аэропортах. То, что происходило непосредственно после взрыва, было едва ли не посекундно зафиксировано камерами мобильных телефонов, принадлежащих случайным свидетелям, и вскоре стало достоянием средств массовой информации и соцсетей: трупы, израненные тела, люди, кричащие о помощи. Пассажиры, которые попали в зал прилета сразу после взрыва, таксисты, прибежавшие на шум с улицы, хватались за свои гаджеты вместо того, чтобы оказывать первую помощь пострадавшим. И если жестокости террористов никто не удивился, то подобный цинизм уцелевших шокировал общество. Что могло двигать авторами страшных роликов, порталу «Наука и образование против террора» рассказал руководитель Центра правовой и психологической помощи в экстремальных ситуациях Михаил Виноградов.

«Это была не шоковая реакция, а банальное стремление прославиться, - объясняет Михаил Виноградов, - любая трагедия, происшествие, в котором есть кровь, обязательно собирает толпу зевак. Такие люди были всегда. И если раньше они просто пересказывали своим знакомым то, что увидели, то сегодня снимают это на камеру и выкладывают в сети, чтобы собрать большую аудиторию и таким образом почувствовать себя значимыми».

Эксперт отмечает, что надо разделять профессионалов-журналистов, снимающих происшествия, поскольку это является их профессией, и случайных свидетелей, которые, по случайности сняв один кровавый «эксклюзивный» ролик громко начинают величать себя блоггерами. «Это люди психологически ничтожные, у которых уровень притязаний выше, чем уровень их возможностей», - считает Михаил Виноградов. Причем авторам подобных видео не хватает мужества, чтобы стать по-настоящему сопричастными трагедии, оказав первую помощь или оттащив человека из опасной зоны.

«Для того, чтобы помогать останавливать кровь, перевязать жгут, просто поддержать и утешить, надо иметь определенное чувство сострадания и мужества, потому что многие и мужчины и женщины элементарно боятся крови. Но когда они  берут в руки фотоаппарат, кровь становится неким абстрактным символом их сопричастности трагедии и беде. Она уже не так пугает и позволяет себя возвысить», - говорит эксперт.

Впрочем, успокаивает он, таких слабых людей гораздо меньше, чем тех, кто готовы помочь. Просто такие любители короткой славы всегда на виду. Ведь в первые часы после трагедии нашлось немало москвичей и гостей столицы, которые устремились в аэропорт, чтобы предложить помощь, элементарно довезти родственников пострадавших или заложников ситуации до города. Просто про них ролики не снимали.


Версия для печати